Портал «Выбор народа». О малых городах никто вспоминать не любит

Статья губернатора Ивановской области Станислава Воскресенского о судьбе малых городов стала весьма резонансной. О малых городах никто вспоминать не любит, пишет политолог, президент Фонда "Петербургская политика" Михаил Виноградов. 

Развитие территорий – это обычно или мега-агломерации, или «поддержка села». И эпизодически – про разные наукограды и моногорода. А в малых городах чаще видят не скрепу, а географический казус – мол, сколько десятилетий (если не столетий) их игнорируют – а они все еще существуют. Некоторым повезло стать центром внутреннего туризма 10-тысячный Суздаль, 5-тысячный Мышкин, 2-тысячный Плес. Другие получили неожиданный импульс во время пандемии, когда жители мегаполисов срочно покидали привычные урбанистические пробки и ехали прятаться на «малые родины» - а кто-то в итоге там и остался. Да и турбулентный 2022-й повысил привлекательность малых городов как более безопасного пространства в сравнении с более уязвимыми местами. В пользу «перезагрузки» темы стала поддержка идеи создания в Шуе Центра исследований проблематики малых городов, которую Воскресенский получил в октябре на встрече с Путиным. С лоббистской точки зрения это важная административная валюта. 

Похорошеют ли после этого все малые города, став очередными «точками роста» и «территориями опережающего развития»? Было бы неплохо. Но, конечно, на самом деле нет. Они слишком разные с точки зрения демографии, экономических возможностей, доступа к инфраструктуре и даже к железным дорогам. Вызовов по-прежнему предостаточно – от упомянутого периферийного положения в постсоветские (да и в индустриально советские) годы до последствий мобилизации, обескровленности муниципальных бюджетов и заведомо неравной конкуренции с мегаполисами. 

Но публичное признание этих проблем, анализ опыта их выживаемости вопреки всему, немодное сейчас осмысление мировых примеров поддержки малых городов и ожидаемый высокий лоббистский вес проекта дают шансы части уцелевших малых городов показать, что все было не совсем зря.