Новые Известия. Почему россияне не уезжают из городов, даже если очень хотят?

Валентина Матвиенко вновь позвала молодых россиян в деревню. Но призывы мало действуют на граждан. Даже пандемия не смогла вернуть россиян из городов в деревню – в 2021 году городское население увеличилось на 56 тысяч человек. Есть люди, которые возвращаются на малую родину или поворачиваются спиной.

В социальных сетях существуют десятки пабликов, которые на все лады зазывают россиян бросить свою городскую жизнь и поехать в деревню. «Желающие переехать в деревню», «Хочу в деревню», «Поехали жить в деревню!» и ещё много-много других.

Dima Prosto самостоятельно построил дом и теперь приглашает женщину с ребёнком строго до 8 лет. Фермеры зовут на работу доярок на свои фермы. В Ростовской области предлагают бесплатно дом. Призывают из сибирской глубинки тех, кому не чужд дух авантюризма, бросить всё и переехать в деревню «на лоне Сибирской природы». В деревню Ефремково в Хакассии зовут учителя английского языка на 26 часов в неделю и дают дом с дровами в придачу. 

Пишет заместитель главы администрации Еловского округа Пермского края Татьяна Софронова. Район располагается на берегу Камы. На выбор есть несколько сел, есть газифицированные, со школами и другой социальной структурой. Но такое предложение – редкость. Чаще говорят про березки, красоты, грибы и покой.

В начале пандемии казалось, что вот сейчас люди выйдут из каменных джунглей и вернутся к свои корням. Но осторожный ручеёк горожан потек в сторону березок лишь два года – в 2019 и 2020 годах. С окончанием пандемии ситуация вернулась к тому, как это было десятилетия, начиная с революции 2017 года. Если в 2010-е годы миграционный приток в города составлял 100 тысяч человек, то в 2021 году вновь приехавших в города насчитывалось 57 тысяч. В России дезурбанизацией даже не пахнет, говорит доктор географических наук, главный научный сотрудник Института географии РАН Татьяна Нефедова, хотя это явление распростанено сейчас по всей Европе. Единственный отток из городов - дачная дезурбанизация:

- У нас она приобретает такую самую разную форму: люди уезжают временно на летний период, на выходные не только в пригороды, но и в более дальние места, в деревни, вплоть до 200 – 500 км, готовы ехать на лето на дачу, но не покидая город. И продолжают работать дистанционно. Широкое введение зума и других дистанционных возможностей только укрепило. Не нужно переселяться в деревню, можно оставлять за собой квартиру, можно её сдавать, но при этом ты остаёшься городским жителем с городскими интересами. И работа городская.

В 2020 году много людей уехали из Москвы в Подмосковье – и остались там. Горожане покупали дома, утепляли дачи и селились там на годы. Однако место работы оставалось то же самое – в Москве. В Ярославской и Костромской области ситуация обратная. В этих местностях тоже много дачников, и они массово выехали из столицы весной – и так же массово уехали осенью обратно.

- Остаются пенсионеры, если дом более или менее обустроен, даже деревенский. Но те, у кого есть дети, возвращаются в город – нужно ходить в школу, необходимо работать. - считает Татьяна Нефедова.

Совладелец «Технониколь», председатель Конфедерации городов комьюнити Игорь Рыбаков давно и настойчиво борется против строительных компаний, запихивающих миллионы людей в бетонные коробки, пользуясь их желанием «хорошей жизни», которая, как все знают, есть только в Москве, да ещё в нескольких крупных городах по всей стране.

«Вы посмотрите, как часто люди прозябают в человейниках, скуля на кухнях о том, какая говенная наша жизнь. В человейниках между соседями вражда: не так на лестничной клетке что-то поставил, дверь или окно не закрыл или наоборот открыл, мусор вонючий выкинул в мусоропровод», - так описывает миллионер будни московской жизни.

Жизнь в сотах на высоте провоцирует психические заболевания, считает директор Лаборатории городской реальности (Urban Realities Laboratory) в канадском Университете Уотерлу (University of Waterloo) Колин Эллард. По данным Центра городского дизайна и психического здоровья (Urban Design and Mental Health) у жителей высотных домов в три раза выше опасность заболеть шизофренией. Из-за скопления стрессовых раздражителей колебания настроения в крупных городах происходят на 39% чаще, чем средних, мелких или в деревнях.

Собственно, в Европе так и получается, что люди чаще переселяются не в поля и леса, а в пригороды больших и средних городов.

По опросам ВЦИОМа и Дом.РФ, 70% жителей страны хотели бы переехать в малоэтажные дома с участком. И есть два фактора, которые влияют на принятие решения, когда мечта становится сначала планом, а потом и жизненной концепцией – работа и достойные условия жизни: приличные дороги, газ и Интернет. Но беда нашей страны в том, что из-за её размеров и разных климатических и экономических условий никакой Газпром не в состоянии обеспечить эти условия.

- Мы считали: среднее расстояние между большими городами в странах центральной Европы – 27 – 40 км. Там одна сплошная пригородная зона. А у нас среднее расстояние между большими городами в Европейской части России – 150 км. Я не говорю про Сибирь. Даже в этой, освоенной части страны, без Севера и Сибири. А пригородная зона – 30 км. Тридцать километров с одной стороны, тридцать – с другой. А между ними 60 – 70 км – социальная пустыня. И что с ней сделать? Это проблема, - говорит Татьяна Нефедова.

Тем не менее пригороды в России растут, но не так, как во всем мире. На Западе люди уезжают жить из города в пригороды. Сохраняются социальные связи, а в самих пригородах начинают создаваться рабочие места. Но в России есть ещё и другой путь, когда в пригороды приезжают не из метрополий, а из деревень. Сельские жители не могут себе позволить дорогих квадратных метров Москвы и Петербурга и готовы селиться за 100 км, чтобы, как и бывшие жители столиц, работать там.

Такие поселения Игорь Рыбаков называет «горизонтальными городами». Работают люди дистанционно, а услуги потребляют на месте. Так могут развиваться кафе, рестораны, стадионы, развлечения. Новые технологии позволяют снизить стоимость дома в 90 кв м до 4-5 миллионов рублей, но его ценность возрастет многократно.

- Происходит повышение стоимости жилья за счёт комплексной, доступной инфраструктуры: представьте, если к каждому дому добавить стоимость 2 млн. рублей, а таких домов, например 1000, то каждый дом обретёт среду на 2 млрд! На эти деньги возможно построить аллеи – улицы и коммерческие здания для всей инфраструктуры. Для того, чтобы повеселиться, вам будет необязательно ехать в город. Для этого у вас уже всё есть в вашем городке, где вы живете.

На юге страны ситуация кардинально отличается от других районов. Здесь есть агрохолдинги, а в них есть работа. Поэтому, судя по пабликам, дома даром в Краснодарском крае или Причерноморье никто не предлагает. Там активно развивается сельское хозяйство, и рабочие руки нужны.

Другая картина в Нечерноземье. После вынужденной дезурбанизации 90-х жители деревень и посёлков снова потянулись в столицы. Приток новых жителей в одной Москве до 2019 года стабильно держался от 100 до 200 тысяч в год. Земли забрасывались, и растениеводством заниматься во многих областях просто нельзя.

- Забрасываются земли. Министерство сельского хозяйства всё время говорит о том, что необходимо вернуть земли, которые забросили, в оборот. Но это совершенная утопия. Совершенная. Во-первых, заброшенные земли за 30 лет заросли лесом. Их уже не вернёшь. А во-вторых, некому. Сделать так, чтобы люди поехали в эти районы на сегодняшний момент невозможно. Надо уже как-то по-другому подходить к нашему пространству и понимать его реальные возможности.- говорит Рыбаков.

Даже если какой-то агрохолдинг и «заблудится» в Новгородской или Костромской области, рабочую силу они берут из мигрантов. Им местные не нужны, да и никто не будет бегать по деревням и собирать мужиков, как грибы в подмосковном лесу. Для этого они воспользуются проверенными отрядами из Средней Азии.

Учёные и энтузиасты возрождения российской глубинки считают, что нужно начинать с пригородов крупных и средних городов и выстраивать там среду обитания, а не бросаться лозунгами «Вернём всех в лоно природы». Чем больше будет пригородов, тем меньше расстояния между ними. Тем меньше «ничейной» земли. Это было бы первым шагом.

Источник: Сетевое издание «Новые Известия on-line»